ame="" />
Срок обучения составляет один год, по окончании учебы слушатели получают степень магистра (мастера) по избранной специальности. За этот год слушатели приобретают знания в области военной политики, стратегии, мобилизации, управления национальными ресурсами в мирное и военное время. Большое внимание уделяется обучению слушателей поиску рациональных путей разрешения международных проблем, военных и политических кризисов всех уровней – как с использованием военной силы, так и без ее применения.
Совместно с американскими слушателями в УНО обучаются военнослужащие и государственные чиновники других государств. Этому направлению деятельности в Университете национальной обороны традиционно уделяется особое внимание.
Подготовка иностранных слушателей началась в УНО с 1985 г. За эти годы представители более 100 государств мира приняли участие в различных курсах и программах обучения, как годичных, так и краткосрочных.
Иностранные выпускники этого элитного учебного заведения, как правило, получают преимущества в карьерном росте в рамках своих национальных военных ведомств. В частности, среди выпускников УНО числятся 10 сегодняшних и 26 отставных министров обороны и начальников генштабов разных стран мира. В некоторых государствах окончание Университета национальной обороны США является важнейшим условием продвижения по службе.
Президентом (начальником) Университета национальной обороны является генерал-майор (2-звездный генерал) Грегг Мартин. На эту должность он пришел в 2012 г. с поста начальника Военного колледжа сухопутных войск США.
Генерал Г. Мартин является выпускником Академии Вест-Пойнт. Вся его служебная карьера связана с инженерными войсками. Занимая различные командные и штабные должности, он служил в Западной Европе, Ираке. Неоднократно в своей карьере Г. Мартин занимал руководящие и преподавательские должности в различных военно-учебных заведениях США, получив большой опыт руководства в сфере военного образования.
Именно генерал-майор Г. Мартин, пользуясь своим правом хозяина, открыл международную конференцию в Университете национальной обороны.
Служебная биография генерала Т. Вольффа безупречна. Воинское звание лейтенанта он получил в 1979 г. по окончании Военной академии Вест-Пойнт. За плечами – обучение по программе рейнджеров, служба в бронетанковых частях на командных должностях. Затем служба на штабных должностях в американских частях в Германии и на территории США. Участвовал в операции 2003 года в Ираке. По возвращении из Ирака, к тому времени уже полковник, Т. Вольфф два года служил в Объединенном комитете начальников штабов на должностях начальника управления Восточной Европы и Евразии и специального помощника. В 2005 г. в звании бригадного генерала он возглавлял Учебную миссию коалиции союзных войск в Ираке. Затем – два года службы в Совете национальной безопасности США в качестве специального помощника президента США и старшего директора по проблемам Ирака и Афганистана.
В своем выступлении генерал Т. Вольфф, подобно своим предшественникам, сделал упор на развитии взаимодействия между вооруженными силами США и армиями стран-союзников и партнеров. Вверенное ему управление отвечает за все вопросы, связанные с состоянием и развитием вооруженных сил США. В этой деятельности, как подчеркнул генерал, приходится поддерживать постоянный рабочий контакт с Пентагоном, командующими географическими и функциональными объединенными командованиями, администрацией президента США.
Развитие вооруженных сил США требует учета специфики географических регионов, особенностей развития военно-политической ситуации в разных странах мира.
Остановился генерал-лейтенант Т. Вольфф и на России: «Мы смотрим на наших русских друзей и видим, что идет процесс наращивания военной мощи. Президент Путин пытается, прежде всего, модернизировать свои стратегические силы».
Такой пассаж из уст официального представителя Пентагона, на мой взгляд, заслуживает внимания. Конечно же, генерал знал, что его будут слушать представители зарубежных государств, поэтому старался быть максимально политически корректным. Однако никто его не заставлял употреблять термин «русские друзья». Хочется верить, сам генерал Т. Вольфф произнес эти слова вполне искренне.
Нельзя не отдать должное эрудиции и профессиональной подготовке американского генерала. Безупречная манера держаться перед аудиторией – с одной стороны, исключительно уважительное отношение к слушателям, а с другой стороны, демонстрация высокого профессионального уровня. Естественно, никаких предварительных письменных заготовок, исполненных подчиненными. Генерал выступал экспромтом и не стремился подавить слушателей своим авторитетом. Более того, подражая, очевидно, председателю Комитета начальников штабов генералу М. Демпси, он не стоял за трибуной, а с микрофоном ходил по сцене, обращаясь то к одной части аудитории, то резко разворачиваясь к другой.
Такая манера выступлений создает ощущение диалога выступающего со слушателями.
Командующий Объединенным командованием специальных операций вооруженных сил США полный (4-звездный) адмирал Уильям Макрэйвен появился в зале неожиданно, как и положено представителям его специфической службы. Организаторы конференции извинились перед выступавшим в тот момент представителем Нигерии, попросив его уступить трибуну американскому гостю.
Тему своего выступлении адмирал У. Макрэйвен сформулировал сам: «Перспективы развития Сил специальных операций США». Американский адмирал свое выступление начал с того, что подчеркнул важность международного взаимодействии и развития партнерских связей американских Сил специальных операций (ССО) с аналогичными зарубежными структурами.
В 2012 г. командованием Сил специальных операций США было организовано проведение специального международного учебного курса для представителей соответствующих национальных служб. В них приняли участие 91 человек. По признанию руководства Пентагона, мероприятие было очень успешным, и такие мероприятия решено проводить регулярно раз в пять лет.
«В 91 стране мира дислоцированы сотрудники Сил специальных операций США, - заявил адмирал У. Макрэйвен, - и везде они оказывают помощь в подготовке национальных сил специальных операций, осуществляют мероприятия в области гражданского администрирования и других сферах, помогая национальным властям на местах решать проблемы».
Специфика Сил специальных операций, по словам выступающего, заключается в том, что они не действуют в составе воинских соединений или частей. Взаимодействие с партнерами и союзниками при проведении специальных операций, в ходе контртеррористических мероприятий строится на индивидуальной основе, на основе взаимодействия мелких подразделений.
По словам адмирала У. Макрэйвена, необходимо избавляться от стереотипа, что американские группы «зеленых беретов» или «морских котиков» действуют в других странах только для того, чтобы учить национальные спецслужбы. По его мнению, американские Силы специальных операций должны сами учиться у своих союзников и партнеров, чтобы понимать их культуру, нравы и обычаи. «Для нас, - подчеркнул командующий ССО, - абсолютно важным является понимание того, как и почему делаются дела в странах с другой культурой, понимание того, почему культуры столь разнятся, понимание того, как видят мир представители других культур».
Личный состав Сил специальных операций комплектуется специалистами с учетом их региональной подготовки, поэтому их служебная карьера связана с определенными регионами мира. Это, по словам американского адмирала, неизбежно, так как изучение культуры иной страны невозможно без знания местного языка. Именно поэтому изучение иностранных языков поощряется в форме соответствующих надбавок к денежному довольствию.
Под командованием адмирала Уильяма Макрэйвена в настоящее время числится 67 тысяч человек. Из них порядка 36 тысяч человек являются, как выразился выступающий, «тактическими оперативными сотрудниками» в звании до полковника. «Когда говорят о Силах специальных операций, то возникает образ коммандос, - подчеркнул командующий ССО. - Да, у нас есть такие подразделения. Но наши задачи значительно шире. Мы должны обеспечивать доступ к чистой воде, создавать условия для местного управления, обеспечивать медицинскую помощь. Это – ключевые компоненты тех задач, которые призваны решать Силы специальных операций США. Поэтому то, чем мы занимаемся, во многих отношениях является нетрадиционным».
Силы специальных операций США, по признанию адмирала У. Макрэйвена, открыты для взаимодействия. При командовании ССО в настоящее время служит 18 офицеров связи зарубежных вооруженных сил стран-партнеров, в ближайшее время ожидается прибытие еще одного офицера связи из Иордании.
Киберпространство – новая сфера ведения войны
Третий, последний день конференции был посвящен проблемам войны в киберпространстве. Мероприятие открыл доктор Роберт Чайлдс, занимающий должность руководителя Колледжа менеджмента информационных ресурсов и по совместительству являющийся заместителем президента Университета национальной обороны США по проблемам кибербезопасности и информации. В своем выступлении доктор Р. Чайлдс сосредоточился на важности информационных ресурсов и киберпространства, подчеркнув, что в современном мире просто невозможно существовать вне киберпространства. Естественно, и современная война уже немыслима без учета киберпространства. Каждый человек, каждый командир на поле боя, каждая система вооружения подвержены воздействию в киберпространстве. Поэтому обеспечение кибербезопасности является критически важной задачей. Подготовка слушателей в Колледже менеджмента информационных ресурсов, по словам доктора Р. Чайлдса, ориентирована не на обучение технических специалистов в сфере информационных технологий, а на подготовку лидеров в сфере руководства информационными ресурсами и кибербезопасности.
Киберпространство не имеет национальных границ, поэтому обеспечение кибербезопасности возможно только на основе международных договоренностей, взаимодействия и партнерства. Это заложено в основу стратегии США в области обеспечения кибербезопасности.
Панельная дискуссия по проблемам кибербезопасности была продолжена выступлениями директора образовательного центра по кибербезопасности Университета национальной безопасности США доктора Джона Сандерса, руководителя департамента информационных ресурсов минобороны Эстонии Микка Маррана, руководителя управления информационных и коммуникационных технологий минобороны Австралии генерал-майора Майка Милфорда и руководителя центра информационных технологий армии Ливана бригадного генерала Гази Моуавада.
Этой части конференции предшествовал показ короткого учебного фильма по кибербезопасности, подготовленного сотрудниками Колледжа менеджмента информационных ресурсов для слушателей Университета национальной обороны США.
Сюжет фильма незамысловат: США подверглись мощной кибератаке. С экранов телевизоров, сменяя друг друга, выступают растерянные руководители США, сводки новостей пестрят перечислением городов и штатов, подвергшихся киберудару. 60 миллионов мобильных телефонов американских граждан вышли из строя. Интернет в ряде районов страны не работает вообще. Биржи закрыты, финансовые потоки вышли из-под контроля. Голос за кадром трагически сообщает, что многие американцы не могут планировать маршруты своих полетов. Коллапс полнейший.
«Кто это делает? Почему?» - вопрошают авторы фильма. И тут же дается ответ: американские спецслужбы вскрыли источник атаки. На экране возникает карта России: киберудар по США исходит из района южнее Иркутска.
Экран гаснет, загорается свет и начинается панельное обсуждение актуальных проблем кибербезопасности.
Представитель Эстонии построил свое выступление, как и ожидалось, в ключе киберугроз этому небольшому государству со стороны большой России. После кибератак в отношении официальных государственных информационных ресурсов Эстонии в 2007 г., как заявил М. Марран, было принято решение создать Национальную гвардию киберобороны. Суть этой инициативы сводится к тому, чтобы привлечь высокий профессиональный потенциал гражданских специалистов в области информационных технологий для нужд вооруженных сил. «По будням эти специалисты работают руководителями информационных департаментов частных компаний, а по выходным – учатся, как защищать страну в киберпространстве», - сформулировал идею эстонский представитель.
Рассматривая Россию и Китай в качестве главных угроз в области обеспечения кибербезопасности, М. Марран был откровенен: «Мы в НАТО должны быть не только готовы защищаться в киберпространстве, но и атаковать». Прозвучавший тезис не нашел своего продолжения ни в выступлении эстонского представителя, ни в выступлениях и комментариях других участников конференции. Тем не менее, заявление о наступательных приготовлениях НАТО в киберпространстве заставляет задуматься.
Маленькая ремарка уже из дня сегодняшнего. Случайно или нет, но сайт Университета национальной обороны после конференции подвергся кибератаке и на несколько недель вышел из строя.
Этим первым воспользовался автор этих строк. Мне как единственному представителю России на этом международном форуме нельзя было оставаться в стороне. Российскую Федерацию вспоминали и упоминали многие докладчики на конференции. Исподволь, как бы невзначай некоторые из них выражали свою недоброжелательную позицию в отношении России. Эти моменты всплывали при обсуждении ситуации в Сирии, проблем кибербезопасности. В сознании участников конференции, как американских, так и зарубежных, создавался явно негативный стереотип России. В результате научная конференция в Вашингтоне не только не способствовала искоренению старых стереотипов времен «холодной войны», но и, наоборот, всячески укрепляла их. Такой подход, естественно, нельзя назвать продуктивным. По моему мнению, и я его высказал открыто, конференции не хватало свободного обмена мыслями, острых дискуссий и споров, обсуждения «горячих» проблем международной и региональной безопасности. К моему удивлению, зал встретил мои комментарии аплодисментами.
Посол Дж. Фоули, казалось, был не готов к такому повороту событий и явно не ожидал критики. Он попытался отшутиться, но напрасно. Вслед за мной с критическими замечаниями и предложениями выступили участники конференции из Германии, Франции и ряда других государств. Конечно же, критика была конструктивной и политически корректной, организаторам конференции больше ничего не оставалось, кроме как поблагодарить за все высказанные идеи и пообещать учесть их в будущем.
По окончании пленарного заседания, когда участники конференции, собираясь покинуть зал, активно обсуждали итоги дня, никто из почти 200 человек ко мне не подошел и своего отношения к критике в адрес организаторов не высказал. Но чуть позже, уже в неформальной обстановке – в гостинице, автобусе, лифте, на улице некоторые генералы и офицеры из разных стран мира с одобрением крепко жали мою руку: «Правильно выступил! Даже нам обидно было слушать, как нападают на Россию. Вся политика США строится на двойных стандартах, а они еще ругают Россию!»
«Знаете, почему к США везде относятся благосклонно? – начал Э. Люттвак. – Потому что американцы давно поняли, как именно надо относиться к союзникам». Свою мысль американский эксперт пояснил на конкретных примерах. США, по его словам, никогда не отвечают силой на силу в отношениях к своим ближайшим соседям. Граница с Канадой открыта, а вот американское телевидение не допускается на экраны телевизоров канадских граждан. Вроде как – несправедливость. Но правительство США смотрит на это «сквозь пальцы».
Ситуация во взаимоотношениях с Мексикой еще более странная. Огромный поток нелегальных иммигрантов из этой латиноамериканской страны представляет серьезную угрозу национальной безопасности США. Нелегалы совершают преступления на территории США, но американская полиция даже в погоне за бандитами не имеет права пересекать границу с Мексикой. И не пересекает ее. Такое отношение, по мнению Э. Люттвака, должно быть примером для России.
Вряд ли можно прямо и безоговорочно согласиться с тезисом американского эксперта. Да и история США полна примеров обратного: отношения между США и Мексикой складывались очень даже непросто. Тем не менее, трезвая мысль, как представляется, здесь присутствует.
Продолжением геополитических рекомендаций Э. Люттвака в адрес России стал совет более грамотно заниматься развитием отношений России с Казахстаном. «Россия теряет Казахстан», - сделал вывод эксперт. По его мнению, отношения между Россией и Казахстаном с самого начала складывались благоприятно для Москвы. Этому способствовали как объективные, так и субъективные факторы. Русская культура и русский язык не воспринимались руководством Казахстана и населением страны как нечто чуждое. Однако в последнее время, по его мнению, ситуация меняется по мере того, так как Москва предпринимает некоторые шаги по «принуждению» Астаны. В качестве примера такого «принуждения» Э. Люттвак назвал создание Таможенного союза.
И последней рекомендацией Э. Люттвака стала необходимость для России повернуться лицом к демографическим проблемам. В качестве образца решения этой проблемы он назвал израильскую модель. Ее сутью является предоставление беременной женщине большого количества льгот и привилегий социально-экономического плана, независимо от наличия семьи или количества предыдущих детей. «В Израиле беременность считается более престижной, чем государственная служба, - резюмировал Э. Люттвак, - а в стране создана целая система организаций, способствующих решению социальных проблем будущих матерей».
Как всегда, Эдвард Люттвак был конкретен. Его мысли, которые можно рассматривать как своеобразные рекомендации для России, были не из области геостратегических умозаключений, а из сферы реальной жизненной политики.